Жан (jeanix) wrote,
Жан
jeanix

Categories:

Слепые?

Андрей Платонов «Чевенгур» в МДТ-Театре Европы, режиссёр Лев Додин, 1999

Тени прошлого
Вместо занавеса – стоящий под наклоном серо-голубоватый щит, расчерченный на одинаковые прямоугольники. Ещё до того, как погасят в зрительном зале свет, на сцене, за щитом зажжётся неяркий свет, и окажется, что щит сделан из полупрозрачного плексигласа, и ТАМ, по ту сторону, можно будет разглядеть сквозь мутный морок тени людей, вглядывающихся в зрителей. Потихоньку они, эти люди из другого временного пространства, из прошлого, будут выходить на узкую полоску просцениума, в изношенной одежде, в старых потёртых пиджачках и пальтишках, надетых либо на замусоленные рубахи, либо на голое тело. В руках у одного из них окажется старенький радиоприёмник, сквозь эфирную какофонию звуков и шумов раздаются голоса, голоса Прошлого. Один из голосов прошлого принадлежит времени создания спектакля (осень 1999 г.): то ли голос нетрезвого, то ли впадающего в старческий маразм человека - первого Президента России, произносит сакраментальную и вошедшую в историю фразу: «Президент отдыхает … до обеда отдыхает ... после обеда – на отдыхе …» Заброшенные отдыхающими властями и предоставленные самим себе люди, начинают рассуждать о Жизни, о Справедливости, о Правде, о Будущем. Кто первый из них подкинул эту идею о Коммунизме, как о средоточии Справедливости и Правды, о субстанции Светлой и Счастливой жизни, сейчас и не вспомнить, эта мысль, эта идея была рождена внутри них, из их оборванной и замызганной жизни. И сразу же все в неё, в эту идею Светлой и Правильной жизни, в Коммунизм, поверили, и стали дополнять и уточнять её. Помимо Света Высшей Правды Коммунизм одаривает людей и уникальным ощущением Братства, сцена братания чевенгурских коммунаров, когда они попарно упоенно сжимают друг друга в крепких мужских объятиях, а растерявшийся человек из города, которому не досталось пары, бегает и расстроено шепчет: «А как же я?!», будто создана театральным певцом Всечеловеческой и Космической Любви – Р.Г.Виктюком. Любопытный способ существования предложен режиссёром (он и соавтор пьесы по мотивам прозы А.Платонова) и актёрами: чевенгурцы – это скорее голоса и тени прошлого, чем живые люди, их имена - Чепурный, Копёнкин, Бог, Пиюся, Достоевский и прочие – это скорее клички, имена нарицательные, чем имена собственные, в каждом из них больше чего-то типизированного, чем индивидуального, как в «Слепых» Питера Брейгеля, вынесенных на обложку буклета, невозможно запомнить лицо отдельного слепого, в памяти остаются Слепые, а не отдельный слепой. Так и с чевенгурцами, хотя среди исполнителей есть большие (Семак, Курышев) и колоритные (Самочко, Алимов) артисты, все вместе они играют Чевенгурца, человека, жаждущего Справедливости, Чевенгур Додина - это Хор, подобный античному хору, чевенгурцы обращают свои реплики не друг другу, а куда-то по вертикали – Высшему Судии, и Зрителю (зрительские места в МДТ уходят сразу от низкой сцены резко вверх, под самый потолок), человеку из будущего.

Коммунизм как религиозный догмат
Человек верующий не знает сомнений в своих деяниях: надо уничтожить богатых – он это делает: их приносят живых ещё, голых, копошащихся в полиэтиленовых мешках, как не рождённые ещё младенцы в плёнке, и присыпают землёй. Становятся ли обитатели коммунистического Чевенгура счастливее после уничтожения «новых (богатых) русских»? Реально – нет, виртуально – да, ибо людей этих несёт и ведёт ИДЕЯ, в которую они ВЕРЯТ, и всё что они для неё делают – истинно, и наполняет их счастьем. Всё, что чевенгурцы делают: обкладывание мёртвого тела камнями, хоровод вокруг огней, зажжённых на этих камнях, поджаривание яичницы на совковой лопате и скармливание её – всё это напоминает некие языческие, религиозные обряды. Во имя идеи, в которую человек ВЕРУЕТ, он может отдать и свою жизнь, и будет счастливым от этого. В финале театр, визуализируя этот постулат, дарит зрителю две выдающиеся театральные сцены:
- опускается сетка в углублении просцениума, там – мутная, зеленоватая вода, в неё спокойно, друг за другом, взяв в руки по большому камню, во имя Великой идеи, будут уходить, погружаться чевенгурцы. Погружение чевенгурцев перекликается со сценой расстрела-утопления матросов в фильме Е.Дзигана «Мы из Кронштадта», матросы уходили, связанные, в рваных тельняшках, с привязанными к груди камнями, точно такими, как и у чевенгурских коммунаров, прыгая в море с обрыва также спокойно, с ощущением сделанного ДЕЛА, со словами: «Да здравствует Мировая Революция!», свершив нечто важное во имя ИДЕИ, в которую верили.
- пустая сцена, ушли под воду все чевенгурцы. И вдруг … ВСПЛЫВАЮТ камни, вместе с которыми уходили на дно люди, а людей уже нет, они ушли безвозвратно, затонула в небытии прошлого Атлантида Коммунизма. Поднимается плексигласовый щит, с него валится на просцениум земля и ветхая одежда - прах и тлен прошлого.

«Верую!»
Отношение автора спектакля к коммунарам обозначено ясно и недвусмысленно – «Слепые!» Метафору, вынесенную на обложку буклета и на афишу спектакля, невозможно не заметить и нельзя от неё отмахнуться. Но в жизни не всё так однозначно. Коммунары Додина – сиры и убоги, как и слепые П.Брейгеля, но каждый, кто общался с глубоко ВЕРУЮЩИМ (не важно во что верующим – в Бога, в Коммунизм, …) человеком, не мог не заметить СВЕТА, которым озарены его глаза. Глаза брейгелевских Слепых и додинских коммунаров – темны. Отсюда – некоторая неадекватность модели Коммунистической Революции, сконструированной Додиным, модели рассудочной и головной. И всё-таки додинские чевенгурцы – блаженны (счастливы), ибо «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Матф., 5, 6).
Чевенгур
Tags: Додин, МДТ, Платонов, театр
Subscribe

  • Жидкие революционеры

    Гвозди б делать из этих людей: Крепче б не было в мире гвоздей. Николай Тихонов. Баллада о гвоздях (1919) Революционеры нулевых, прототипы…

  • Помутнение, или В душе покоя нет

    Фёдор Достоевский «Преступление и наказание», Театр Приют комедианта, режиссёр Константин Богомолов, 2019 Нет, батюшка Родион Романыч, тут не…

  • И Gorby такой молодой!, или Миша + Рая

    «Горбачёв», режиссёр Алвис Херманис, Театр Наций, 2020 Армянское радио спрашивают: а почему Горбачёв везде возит с собой Раису Максимовну?…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment