Жан (jeanix) wrote,
Жан
jeanix

Category:

Жизнь и сон, или об утешении театром

Алексей Арбузов «Таня» РАМТ, режиссёр Александр Пономарёв, 2003

Жизнь
Волшебство в этом спектакле началось сразу же, как только открылся зелёный с узорчиком рамтовский занавес: за ним оказался ещё один из красного бархата, с золотыми кистями, кажется тот самый, что был на торжественном собрании московского городского комсомольского и пионерского актива проходившего в этом же зале 7 ноября 1937 года, я был уверен, что его разрезали на мантию короля Лира в 1992 г., хотя может быть это была и удачно выполненная копия. Как бы то ни было, за красным бархатным занавесом из того времени идёт та жизнь. Зритель видит то далёкое время, словно в перевёрнутый театральный бинокль, потому и пространственные пропорции квартиры Тани и Германа искажен: коридорная стена идёт от комнаты сильно вниз, так, что входная дверь в конце коридора высотой по пояс всем входящим и выходящим, а может это будущая Танина боль, испытанная ею здесь, в этой квартире, исказила это пространство? Театр - ведь это воспоминание. Она принадлежит к редкому в этой жизни типу людей, что живут не таясь, отдаваясь жизни целиком и полностью - она любит и ничего кроме него, её мужа, в этом мире для неё не существует, она растит ребёнка и весь её мир – это он, её сын. Такие люди полнее чувствуют жизнь, но и она их больнее ранит. Самое сильная боль – от потери любимого, самое страшное, что можно испытать – смерть собственного ребёнка. Именно это с ней и происходит. Жизнь выжигает в ней две огромные мёртвые зоны. Маленький игрушечный Кремль на полу – это словно могильный памятник двум её потерям – любви и ребёнка.


Сон
Если бы не было пушкинского эпиграфа, всё равно было бы понятно, что второе действие - это сон. Сон, потому что:
- материальный мир от начала к концу акта словно растворяется, как во сне. Она и Он и белое пространство вокруг них, белый снег над ними, и их белое будущее впереди них;
- Танино приключение и есть сон, сказочный сон: долгая дорога, встречи, героический поход, подвиг, спасение ребёнка;
- театр второго действия – это кинематограф 30-х, это сон XX века, это - воспоминания о кинематографе, только не Г.Александрова, а Вайнштока-Файнциммера-Каца-Голомштока-… - советского кино второго ряда типа «Горячих денёчков», «Тимура и его команды» и т.п. С почти пародийными ныне героями;
- как сказал другой поэт: «дневные раны сном лечи». Сон – как покой и лекарство для израненной души. Именно во сне человек выздоравливает, во сне (во втором действии) к Тане приходит исцеление, покой, освобождение от потерянной любви и утраченного материнства. Для меня самая сильная сцена спектакля (самая потрясающая сцена этого театрального сезона) это – прощание Тани со спасённым ею ребёнком Германа и Шамановой, сделанная режиссёром минимальными, а потому особенно выразительными средствами – белое пространство будущего, белое покрывало-занавесь, детская кроватка, лицо, руки и голос актрисы. Она прощается с ним, и одновременно прощается со своими утратами, со своей болью, которые словно обручи сжимали её, она становится свободной, она опять дышит и живёт полной грудью;
- это театр, который есть «золотой сон человечества». В год Таниного несчастья, 1934, на русский язык была впервые переведена и тогда же была издана в издательстве «Academia» книга средневекового философа Боэция «Об утешении философией». Спектакль «Таня» я бы назвал «Об утешении театром». Спектакль, достойный стать выражением миссии РАМТа.

Спектакль «Таня», поставленный по старой пьесе А.Арбузова – не про советскую реальность 30-х годов прошлого века, а про реальность историческую, про рок, судьбу, с которыми человек совладать и которые побороть не в силах. Рок наступает на Таню в спектакле в виде:
- орденоноски-директорши прииска
- могилки-кремлёвской башенки
Отвратить это (особенно второе, смерть своего ребёнка ) она, как и героиня античной трагедии, не в силах. Но она - не ломается, а как бы рождается заново в другой совсем жизни. Кремлёвские стены, выглядывающие из-за коротеньких квартирных перегородок - этот фоновый рок, постоянно присутствующий, но не вступающий напрямую в действие в спектакле.
Tags: Арбузов, Пономарёв, РАМТ, театр
Subscribe

  • без

    Валерий Печейкин «Человек без имени», Гоголь-центр – коллективное сочинение, 2021 Дыр бул щил убещур Алексей Кручёных (1912) Россия без царя…

  • Детство, которое всегда с тобой

    Михаил Зощенко «Лёля и Минька в Школе клоунов», режиссёр Михаил Левитин-младший, Театр Эрмитаж, 2013 Счастливая, счастливая, невозвратимая пора…

  • Театру быть!

    Михаил Дурненков «Вечно живые. История в лицах» Театр Современник, режиссёр Виктор Рыжаков, 2021 27 ноября. 11 вечера. Студия Просмотр «Вечно…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 6 comments