Жан (jeanix) wrote,
Жан
jeanix

Category:

Вампука-жизнь

Макс Горький «Дачники» в Омском театре драмы, режиссёр Евгений Марчелли, 2003


Поющая голова
Гаснет свет, под музыку Верди открывается занавес, на выгороженном небольшом куске сцены стоит посредине чёрный стол, на нём – голова (почти такая же, как и в вахтанговском «Отелло»), голова поёт, поёт арию из оперы. Подходят какие-то люди в экзотической восточной одежде, присаживаются за стол, изображают что кушают что-то из тарелочек. Голова поёт. Это дачники? Это «Дачники»? Вот это – да! Ничего непонятно – кто такая эта голова?, кто эти люди в тюбетейках?, зато – какая картинка! Зачем организаторы «Золотой Маски» пустили спектакль на огромную сцену РАМТа, если используется лишь меньшая часть этого пространства? Из-за кулис выходит человек в современной одежде – поверх пиджака у него свитер завязан рукавами на груди, хлопает в ладоши и громко говорит: «Стоп! Стоп! Стоп!...» Из-за кулис появляются рабочие сцены, молча и быстро разбирают оперную декорацию, расширяют пространство, приносят другую мебель. Деловитый человек со свитером объявляет: «Омский театр драмы представляет спектакль ‘Дачники’ по пьесе Алексея Пешкова», в это время у него за спиной идёт полным ходом перестройка и перемонтаж оперной декорации в «дачную», по бокам у него встают два дачных сторожа в овчинных тулупах и громко продолжают свой нескончаемый диалог на тему – «кто же такие эти дачники?»

Дачники
Это люди утратившие кураж, жизненную силу, энергию жизни. Им либо скучно всё окружающее и все окружающие (Варвара), либо они пресыщены (Шалимов, Калерия), либо они суетятся (Басов, доктор, жена доктора), либо они пытаются изобразить из себя нечто и просто не знают – чего хотят (Влас, Марья Львовна, её дочь), либо они занимаются пустяками или интрижками (Юлия, Замыслов, Двоеточие).

В любом случае – жизнь всех этих людей лишена какой-то основы, чего-то очень важного, какого-то внутреннего посыла. Такое впечатление, что добились они чего-то в своей жизни, достигли какого-то уровня, материального благополучия и … остановились, дальше двигаться нет стимула, нет энергии, которая толкала их раньше. В самом начале первого акта (четырёхактная пьеса идёт с одним антрактом), есть запоминающийся эпизод: Басов беседует с женой, просовывает ей руки под платье, расстегивает его, обнажает Варвару, продолжает её гладить и разговаривать всё про то же, гладит как-то механистично, бесстрастно, да и Варвара никак не реагирует – привычные буднично-ритуальные ласки привыкших друг к другу супругов. Стук в дверь, Варвара вроде бы пытается накинуть верхнюю часть платья, а потом – остаётся полуодетой, входит Замыслов и Суслов, деловито беседуют с Басовым, на обнажённую женщину смотрят, но … никак не реагируют, как будто её (женской красоты!) здесь нет. Всё обыденно и привычно в этом душном дачном мирке. Черту под этим выдохшимся мирком поводит песенка Гарика Сукачёва «А за окошком месяц май…», песенка звучит так куражливо, так энергично, в ней столько жизненной силы, что кажется где-то там, где находится этот певец, есть этот яркий, этот сочный месяц май, где течёт такая же насыщенная, счастливая, полная жизнь. Дачники вслушиваются в эту музыку, она их бередит, они даже пытаются пританцовывать в такт ей, словно пытаясь зарядиться от неё..

Театр всматривается в жизнь
Чтобы взбодрить себя, чтобы привнести в свою пустую жизнь чего-то, чего в ней нет, эти дачные люди начинают играть, изображать. Жанр спектакля так и обозначен – игры для мужчин и женщин. Замыслов и Юлия беспрерывно играют в секс, изображая своими энергичными криками бурную страсть, но демиург-режиссёр в сцене «Секс в занавесе» обнажает природу этой «страсти» - чистая моторика, игра. В поэтессу играет Калерия, во время её поэтических чтений все остальные играют в свои игры: Юлия и Замыслов в сексуальные, Влас и Марья Львовна – в интеллектуальные. Влас с первого своего появления напоминает клоуна, у него даже лицо слегка набелено, волосы торчком – играет в такого ершистого непокорного молодца. Соня играет с голым мужиком (студент Зимин). Шалимов по просьбе Басова играет с Варварой, а она с ним. Рюмин играет пылко и безнадёжно влюблённого. У доктора с женой – тоже какие-то игры в страсть-любовь. Играют даже люди из народа – женщина с подвязанной щекой, разыскивающая потерявшегося ребёнка, путает его имя и произносит свой вопрос ненатуральным «театральным» голосом. Во втором акте в глубине сцены возникает театральный помост, на нём любители драматического искусства будут разыгрывать свой спектакль, это будет спектакль-ария «Casta Diva». С дачной сцены-помоста прямо в лицо зрителям будут бить два прожектора, словно два гигантских глаза, в эти мгновения будет такое ощущение, что Театр вглядывается в жизнь, в жизнь дачников, и жизнь зрителей. Искусство, базирующееся на притворстве и игре вглядывается в полную притворства и игры жизнь. Театр является в этом спектакле таким кривым зеркалом, которое с помощью двойного отражения показывает пустоту игры, ничтожность притворства. В третьем и особенно в четвёртом акте приём «театр в театре» становится всеобъемлющим: наряженные в цветные стильные клоунские костюмы с масками, нарисованными на лицах, артисты, приехавшие развлекать дачников, разъезжают на велосипедах по сцене кругами, рассаживаются на сцене-помосте у задника и пристально всматриваются в полную игры-притворства дачную жизнь.

Вампука
В четвёртом акте театральный помост выдвигают ближе к авансцене, перед ним, ставят лавки, на них рассаживаются зрители-дачники. На помост выходит каждый «дачник» и … играет, играет свой монолог, дачники-зрители слушают, возмущаются, аплодируют. Без сольного выступления не остается ни один герой – Калерия читает стих, Рюмин красочно рассказывает как он стрелялся, Влас про «маленьких пошлых людишек», Суслов рассказывает про то, как он хочет вкусно есть и пить, Варвара про ничтожность всего и всех, Марья Львовна про … Театр в театре получает новый объём. Жёсткий, горьковский взгляд режиссёра не щадит никого – все эти дачники для него – «маленькие пошлые людишки». Дачники переворачиваются на лавках лицом к зрителям и начинают театрально декламировать свои чисто бытовые реплики, перебрасывая их друг другу, театр и жизнь абсурдизируются. В этот момент за спиной наших притворщиков-игроков-«артистов» выстраиваются актёры в ярких цветных костюмах и масках-лицах, и … начинается опера, вампучная вердиевская опера. Притворная жизнь притворяющихся людей превратилась в пошлейшую вампуку. Вампука-жизнь. В финале спектакль возвращается к своему началу, к той, случайной опере, которую мы не досмотрели, а теперь посмотрели и поняли – про что она. Удивительно, но эта финальная марчеллиевская опера-вампука звучит очистительно, вместе с ней из твоей души уходит пошлая пустота.

Дачники с Рублёвки
В самом начале спектакля был объявлен замечательный гэг, который, к сожалению, сработал не в полную силу. Ведущий (В.Майзингер), который объявил спектакль, сказал: «Господа! Сейчас во всех театрах перед началом идёт объявление о мобильных телефонах, в нашем театре оно звучит в исполнении моего голоса» Публика в зале начала отключать мобильники. «Но сегодня мы решили – поскольку со своим уставом в чужой монастырь не ездят, мы просим вас не отключать мобильные телефоны. Оставляем за собой право – реагировать на эти звонки, или не реагировать, если нам это будет не нужно». К сожалению, в зале оказалось очень мало людей с Рублёвки: во время действия в зале был только один звонок: люди на сцене остановились, прервали свой разговор и посмотрели в зал, это пауза гармонично легла в спектакль. Я свой мобильник не стал отключать, но – увы, мне никто в этот вечер не позвонил.
Tags: Марчелли, театр
Subscribe

  • Красный призрак Победы

    Красный призрак, режиссёр Андрей Богатырёв, Россия, 2020 Кто с мечом к нам придёт, от меча и погибнет! Сергей Эйзенштейн. Александр Невский…

  • танцуй, танцуй-ножка

    Паркет / Parket, режиссёр Александр Миндадзе, Россия, Польша, Великобритания, 2021 Коси, коси-ножка, покоси немножко. Старинная детская…

  • 10 фильмов про лето

    Есть что-то прекрасное в лете, А с летом прекрасное в нас. Сергей Есенин. Анна Снегина (1924) 1. Лето с Моникой Sommaren med Monika Ингмар…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment